Восхождение на самую высокую гору Африки Килиманджаро, 5895 метров, началось в Приэльбрусье. На тренировочные сборы собрались 13 претендентов: танзаниец Адам Сианга и 12 русских – 2 женщины и 10 мужчин. Главная задача – пройти акклиматизацию, то есть, совершая ряд подъемов и спусков, приучить себя к высоте. Еще необходимо привыкнуть друг к другу и, борясь с трудностями, создать команду. Наконец – из 13 претендентов выбрать 7 наиболее подготовленных.
Начальник – Матвей Шпаро, ему 22 года; тренер – Роман Гиуташвили, ему 60 лет, - «снежный барс» и покоритель Эвереста. Заместителем начальника по хозяйству и спортивным вожаком стал 45-летний Евгений Шестопалов из Челябинска, преподаватель Уральской академии физической культуры, марафонец. Врач – Анатолий Соболев, 48 лет, хирург, московский специалист по социально-трудовой и спортивной реабилитации инвалидов, марафонец. В группу сопровождения входили еще врач-психолог Юрий Лихачев, медсестра Анна Мяскова, повар Ирина Клюева, 2 водителя, журналисты.
31 июля вечером мы (автор этих строчек сопровождал команду) разместились в домиках альплагеря "Адыл-Су" (1800 м), где в бытность инструктором альпинизма в течение 15 лет работал Р. Гиуташвили.
Следующий день начался с зарядки, которую блестяще провел Шестопалов. Думаю, со стороны было чудно́ смотреть на 30 человек, мужчин и женщин, среди которых слепые, глухие, ампутанты. Мы расположились по кругу и делали упражнения отнюдь не в унисон. От утра к утру 14 дней 30-минутный комплекс упражнений совершенствовался, но неизменным оставалось время начала зарядки – 7.30 утра.
В тот же день, 1 августа, отправились в первую суровую вылазку по тропе вдоль ущелья Адыл-Су к горе Гумачи.
Мы искали ответы на многие вопросы. Как вести слепых? Как сильных физически и сверх меры любознательных глухих Мишу Веселова и Валю Прикащикова научить не нервировать всех, свешиваясь вниз с какого-нибудь ветхого мостика над пропастью? Не окажется ли Адам из Танзании в изоляции? Как лучше: идти с протезом или на костылях? (Эту проблему решали русские, у Адама протеза не было.)
Утром 2 августа мы поднялись в вагончиках канатной дороги от Азау на станцию "Кругозор" (3000 м), затем в аналогичном лифте двинулись выше, к станции "Мир" (3500 м), и, наконец, в креслах поползли к последнему пункту подвесной дороги – «Гара баши».
Кроме нас – большой группы с грузом в полторы тонны – вверх по канатной дороге поднимались экскурсанты, лыжники и альпинисты. Мы со своими пожитками явно задерживали их, но никто не роптал. Скажу больше. Казалось, что люди, разглядывающие нашу группу, относились к ней с каким-то интуитивным пониманием.
Мы разместились в жилых бочках, каждая – на 4-5 человек. Подняли российский флаг, чуть выше флаг ООН, развесили флаги спонсоров. Стали приводить в порядок изрядно заброшенное жилье, где нам предстояло жить две недели. Мыть, скрести, чистить.
Зарядку 3 августа делать было очень непросто. Не хватало кислорода и болела голова… В течение дня занимались физической работой – благоустройством, и к вечеру у всех было прекрасное настроение, ибо потрудились дружно и с пользой.
Сборы прошли безупречно, и их финал, 13-го августа, был таким. Ребята поднялись на 5000 метров – выше скал Пастухова, спустились пешком вниз к Азау и снова взбирались вверх без канатки - по осыпи. Переход в 16 километров занял 12 часов. Любопытно, что чернокожий Адам «сгорел» на солнце, «сжег» плечи, сочилась кровь и он чуть не плакал. Мы удивлялись, жалели его и лечили. В целом же, Сианга чувствовал себя превосходно, общения в виде коротких диалогов на английском ему хватало.
Вершина Европы Эльбрус была совсем рядом с нами, и мы насладились красотой, холодом и отрешенностью здешнего заповедного мира от внешней жизни.
Бьюсь об заклад, наша команда – "чертова дюжина" людей с ограниченными возможностями – была первой подобной группой здесь, и значит, мы внесли свой вклад в историю, которая слагается на склонах Эльбруса. Свою лепту ребята вписали и в российскую культуру, ибо чем доступнее мир становится для инвалидов, тем выше культура.
В Африке все шло гладко, отлично. Так и должно было быть: трудно в учении, легко в бою.
Наши 7 восходителей:
Перед отлетом команды в Африку я шутливо напутствовал ребят:
– На Эльбрусе под неусыпным оком врачей все осилили акклиматизацию. Без медиков не делали ни одного шага. Но, всё – баста! Когда в Танзании вы начнете подъем на гору, пусть врач Анатолий Соболев перестанет быть вашим богом. На Килиманджаро вы должны подняться – здоровыми или больными. Кто не поднимется – в Москву не возвращайтесь.
Ольга рассказывала мне, что на вершине радовалась тому, что, во-первых, взошла - победила себя, холод, высоту; во-вторых, что Матвей Шпаро разрешил ей прямо с вершины поговорить по телефону с мамой; а в-третьих, она может вернуться в Москву.
Мама не хотела пускать Ольгу по ряду причин. Главная – кроме дочери в команде одни мужчины, 15 – включая журналистов. Кроме того – в Африку, так далеко! Да и вообще – куда ей на Килиманджаро?
Сколько запретов разрушено! Сколько радости пережито!
Слепой поднялся почти на 6000 метров. Абсолютно слепой! Его не держали за руку. Впереди шел Рома Гиуташвили и говорил: "Слева корень, справа камень, возьми чуть левее – там менее круто". По возвращении в Москву Володя поделился:
– Я ни разу не споткнулся, а потом внизу, в Российско-Танзанийском культурном центре, сбил ногу дважды.
На пресс-конференции в Москве Глухова спросили о его эмоциях на вершине. Слышался намек: такая красота кругом, но слепому-то – недоступно? Володя словно возразил: «Трогая камни, я ощущал ладонями, как с подъемом меняется их температура». Ответ божественный!
Мы получили поздравление Президента России Б.Н. Ельцина. Многие высокопоставленные люди в Танзании и в России рукоплескали ребятам.
Восхождение было посвящено 850-летию Москвы, мы шли под флагом ООН.
Напоследок полслова об Адаме Сианга. Он не был другим: африканцем, чернокожим. Он был стопроцентным членом команды, своим, другом – умным, терпеливым и добрым. Если говорить, что он представлял Танзанию, то спасибо Танзании, если говорить, что он родом из Африки, то спасибо Африке.
Килиманджаро, квадратная вершина, как говорил про нее Эрнест Хемингуэй, зовет к себе новых искателей приключений, а мы - команда Клуба «Приключение» - ищем для себя новые вершины. В путь!
Дмитрий Шпаро
